Вражда и любовь [= Любовь и месть ] - Джоанна Линдсей

— Ох, Джейми, не обращай на меня внимания. — Джесси сладко улыбнулась. — Я ужасно ворчлива, когда хочется есть, но больше не стану на тебя нападать.

Джейми не поддался на ее уловку.

— Надеюсь, что могу на это рассчитывать, Джесси, потому что, прямо тебе скажу, мне не по сердцу ворчливые женщины, не нравятся и те, кто любит жаловаться и противоречить. Я не должен мириться со всякой чепухой, да и не хочу. Ты очень мила, это бесспорно, и я буду заботиться о тебе, пока ты делишь со мной постель. Но на большее не рассчитывай, Джесси.

— Я понимаю. И вовсе не собиралась докучать тебе, — поспешила она заверить Джейми. — Но посмотри, девушка несет нам…

Джесси не закончила, потому что служанка с подносом, полным еды, проследовала в конец холла, по направлению к спальням. Она не собиралась подавать на стол лэрда. Когда Джейми увидел, как девушка — ее звали Дорис — вошла под арку, в нем сразу пробудилось любопытство.

— Но куда же ты теперь? — требовательно спросила Джесси, позабыв о своих недавних извинениях.

Джейми не ответил. Он встал из-за стола, и в это время из кухни появилась еще одна служанка с едой.

— Герти, — с улыбкой позвал ее Джейми. — Подай, пожалуйста, кушанье мистрис Мартин, несмотря на то что меня за столом не будет. Похоже, она того и гляди упадет в обморок от голода.

Старая служанка посмотрела на него и сказала вполне серьезно, хоть глаза у нее и смеялись:

— Да, сэр Джейми, это было бы нежелательно.

— А куда это направилась молоденькая Дорис?

— Дорис? Не знаю. Она говорила, что ваш брат велел ей сделать одно дело, если он не вернется до вечера.

— Ах вот оно что!

Джейми последовал за Дорис вверх по каменным ступенькам на второй этаж. Его собственные покои находились по одну сторону, а напротив были еще две небольшие комнаты для гостей. Но Дорис возле них не остановилась. Джейми увидел, как она в конце коридора повернула на лестницу, ведущую на верхний этаж, где Колин занимал одну из четырех комнат.

— Дорис!

Девушка высунула голову из-за угла, а потом и вся ее фигура обозначилась в свете факела, горевшего у входа на третий этаж.

— Куда это ты направляешься со всем этим? — спросил Джейми, подойдя к Дорис. — У нас вроде нет больных — мне, во всяком случае, ни о ком не говорили.

— Нет, я не думаю, что она больна.

— Она?

— Девушка, которую ваш брат Колин держит у себя в комнате, — пояснила Дорис, которая, как ни верти, не хотела скрывать что-либо от самого лэрда.

— Он держит там девушку? Какую?

— Не знаю, сэр Джейми, я ее не видела. Только чудно все это. Он мне велел запереть дверь после того как я оставлю в комнате еду. И зачем это он запирает бедную девушку? Думается, это не правильно.

— В самом деле? — улыбнулся Джейми. — Давай-ка сюда поднос. Я присмотрю, чтобы она поела, и подумаю, что можно сделать.

Джейми посмеивался, поднимаясь по лестнице с подносом. Выходит, его братец нашел себе любовницу! Для себя одного, и ни для кого больше. Неудивительно, что он так странно вел себя. Видимо, парень впервые влюбился. Джейми сам это пережил в возрасте Колина и помнил до сих пор. Но это прошло, и больше он не испытывал ничего подобного. Джейми почти завидовал сердечному влечению Колина. Понадобится время, чтобы мальчик понял, что это не настоящая любовь. Понадобится еще больше времени для последующих разочарований.

Дверь в комнату Колина была и в самом деле заперта, и Джейми, улыбаясь, вытянул из засова деревянную планку. Толчком отворил дверь. В комнате было темно. Свет факела из коридора падал только на небольшой участок пола у порога.

Джейми прищурился, вглядываясь в темноту.

— Где вы, барышня?

— Здесь.

Голос живой и душевный.

Джейми двинулся на этот голос, но пока не видел его обладательницу.

— У нас в замке достаточно свечей, — сказал Джейми. — Или вы так уродливы, что Колин должен держать вас в темноте?

— Свеча на столе.

— Тогда почему вы ею не пользуетесь?

— Зачем? — без всякого выражения проговорила девушка. — У меня в этой комнате нет занятия, для которого понадобилась бы горящая свеча.

Джейми снова усмехнулся. Колин нашел для себя поистине редкое существо женского пола.

Он разглядел кровать и двинулся к ней; теперь ему уже было видно, что девушка сидит на краю кровати. Он поставил поднос на стол, нашел свечу, и через несколько секунд ясный свет озарил комнату.

— Ну а теперь, барышня, кто…

Слова замерли у Джейми на устах, когда он повернулся и глянул девушке в лицо. У него даже дух захватило. Существо перед ним не было реальным, не могло быть. Прелестный овал, большие сияющие глаза необыкновенного голубого цвета, масса рыжих волос, таких темных, что они отливали красным. Когда же ему все это виделось раньше?

Девушка глядела на него с откровенным любопытством. И Джейми стоял столбом под этим внимательным взглядом. Он не мог говорить. Заговори он и она может исчезнуть. Внезапный толчок сознания подсказал ему, почему он так ошеломлен. Перед ним то самое видение! Русалка из заводи в долине. Ее образ померк с течением времени, но его живое чувство сохранилось.

Молчание затягивалось, и девушка улыбнулась; Джейми подумал, что сердце у него остановится от сияния этой улыбки. Потом девушка рассмеялась — негромко, но звонко.

— Мне случалось кружить головы мужчинам, — весело проговорила она, и глаза у нее озорно сверкали, — но никого еще не удалось поразить до полной немоты. Мне это нравится.

Джейми наверняка обиделся бы, задень его таким образом кто-то другой, но только не это видение. Он просто пришел в восхищение от ее смеха, а на слова не обратил внимания.

— Я никогда до сих пор не терял дара речи. Но я уже вновь обрел его, так скажите же мне, кто вы такая.

— И не подумаю.

— Почему?

Она очень мило пожала плечами и слегка отвернулась.

— Я не сказала Колину, не понимаю, с какой стати сообщать это вам, ответила она и потянулась к подносу за сладкой булочкой.

— Вы не из клана Маккиннионов?

— Боже сохрани! Джейми нахмурился.

— Откуда же вы явились?

— Колин нашел меня в Абердине, — уклончиво ответила девушка.

— Там ваш дом? Она сощурила глаза.

— У меня нет дома, о котором стоило бы говорить, по крайней мере больше нет. Но кто вы такой, чтобы задавать мне так много вопросов?